Сколько раз это было у нас?
После хода ладьей в угол дальний,
Запрещенно, диагонально,
Я вернулась с «прости» в этот раз.

Ты, устав от унылых ничьих,
Мне ответил не шахом, не шуткой,
Без улыбки «спокойной и жуткой»:
— Не хочу извинений твоих.

Всё, что было и будет – лишь скерцо.
Пошлым хмелем бессилье топя,
По бескровной бумаге скрипя,
Я рисую разбитое сердце.